Problem istine i pamćenja u "Djetinjstvu" Vjačeslava Ivanova - Benčić, Živa (Array, 2012)
В анализе автобиографической поэмы Вячеслава Иванова Младенчество можно отталкиваться от «классической» концепции истины, так называемой теории соответствия или адекватности, ведущей свое происхождение от Аристотеля и заключающейся согласно Фоме Аквинскому в том, что «интеллект должен сообразоваться с вещами» ("adaequatio intellectus et rei"). Однако в этом случае автобиографическую память автора придется объявить ненадежной, а многие его воспоминания - не соответствующими истине. К совершенно иному заключению можно прийти, если при толковании произведения учитывать онтологическое понимание истины, близкое и самому Иванову. Согласно онтологическому определению этого понятия, имеющего свои истоки в Государстве Платона, истина отождествляется с сущим, а сущее – с миром идей. Поскольку по Иванову истина идентична «сущему», «подлинно-существующему», т.е. потустороннему и абсолютному, она принципиально недоступна автобиографической памяти. Дело в том, что человек, опираясь исключительно на припоминание своего прошлого, не в состоянии трансцендировать ни узких границ своей собственной личности, ни ограниченной сферы досягаемости своего непосредственного эмпирического опыта. И наоборот, метафизическая поэтическая память, благодаря своему сверхиндивидуальному характеру и возможности трансцендировать эмпирическую реальность, соединяет поэта с Мировой Душой, возвращая его, таким образом, к содержащимся в ней символам и мифам, т.е. к знамениям, в которых человеку объявляется некая высшая трансцендентная истина. Поэтому Иванов посредством отбора и освещения лишь определенных содержаний своего детства на символическом уровне поэмы стремится оживить и определенный сверхиндивидуальный, общий миф нашего культурного круга - миф о детстве как эдемском состоянии. Речь идет о мифе, который согласно Иванову открывает объективную истину о естественной и универсальной человеческой тоске по возврату к истокам, где в соответствии с его неоплатоническими взглядами Бог ощутимее, а всеединство сильнее.